Появление цифровых аватаров и виртуальных артистов обещало освободить индустрию развлечений от физических ограничений человеческого тела, возраста, болезней и бытовых неурядиц.

Однако недавний скандал вокруг китайского любительского виртуального герлз-бэнда BABYQUEEN показал обратную сторону этого процесса: создатели искусственных личностей все чаще переносят в цифровой мир стереотипные социальные конфликты и травмирующий опыт реальных людей ради привлечения внимания.

История проекта началась как фанатская инициатива группы девушек, создавших с помощью нейросетей пятерых участниц вымышленного южнокорейского поп-коллектива.

Когда поддержание активности всех образов стало слишком обременительным, авторы решили вывести из состава одну из виртуальных певиц по имени Mity. Вместо нейтральной творческой паузы создатели опубликовали от ее имени публичное письмо, в котором заявили о беременности персонажа и временном уходе со сцены ради отдыха.

Публикация вызвала волну критики в социальных сетях, а попытки авторов оправдаться тем, что сюжет был выдуман ради развлечения, лишь усилили возмущение и привели к нападкам на самих создательниц.

Этот инцидент обнажил давнюю проблему индустрии айдолов, где личная жизнь артистов традиционно считается табу, а романтические отношения воспринимаются аудиторией как нарушение контракта на эмоциональную привязанность.

Однако в контексте виртуального персонажа имитация беременности выглядит особенно цинично. Для реальных женщин рождение ребенка сопряжено с биологическими рисками, физиологическими изменениями и вынужденными паузами в карьере.

Наделение бестелесного цифрового образа подобным сюжетом превращает сложный жизненный опыт в легковесный инструмент манипуляции охватами и кликбейта.

Похожие этические дилеммы возникали и ранее вокруг западных цифровых инфлюенсеров. Известная виртуальная модель Лил Микела столкнулась с жесткой критикой, когда в рамках благотворительной кампании по донорству костного мозга от первого лица рассказывала подписчикам о якобы диагностированной у нее лейкемии.

Несмотря на благие цели организаторов, аудитория сочла неуместным использование смертельно опасного заболевания несуществующим персонажем, который по определению не способен испытывать физическую боль или столкнуться с летальным исходом.

Современные виртуальные персонажи уходят от классической модели отстраненных маскотов вроде Хацунэ Мику и все глубже погружаются в детально прописанные псевдочеловеческие биографии с романами, ссорами и мнимыми трагедиями.

Авторы охотно копируют самые токсичные драматургические приемы традиционного шоу-бизнеса, маскируя вымысел под подлинную драму, но при первых признаках скандала прячутся за формулировкой о безобидной фикции.

Технологии искусственного интеллекта дали возможность создать для персонажей принципиально новые судьбы, однако люди продолжают проецировать на виртуальные тела свои старые привычки, штампы и предрассудки.